С какого самолета прыгают десантники

Сделан «Штурм» на базе серийного десантного парашюта. Однако у него убрана система стабилизации и сделана система принудительного ввода с тем, чтобы как можно больше «сжать» высоту десантирования.

«И испытателям, и инженерам пришлось приложить много усилий, чтобы уйти от перехлестов строп при раскрытии купола парашюта. Мы подняли все существующие в институте патенты, чтобы найти технические решения и реализовать его на практике», – подчеркнул Владимир Нестеров.

Так как схема раскрытия парашюта «Штурм» принудительная, то в нем не используется система стабилизации, вытяжное кольцо и страхующий прибор, который, по словам экспертов, сам стоит как полпарашюта. В этом плане себестоимость парашюта «Штурм» меньше обычного десантного, особенно с учетом того, что в десантном парашюте страхующий прибор требует особых регламентных работ в процессе эксплуатации и обслуживания.

«Безранцевая парашютная система запатентована в конце 2015 года. Сейчас НИИ парашютостроения приступил к технической реализации этой схемы», – рассказал Владимир Нестеров.


Когда главное оружие – внезапность
Возвращаясь к задаче, которую поставила перед НИИ парашютостроения ФСБ, можно привести пример, описывающий ситуацию применения парашюта «Штурм».

Итак, группа противника удерживает стратегически важную высоту. Но укрытия на ней не позволяют уничтожить врага даже артиллерией. Захватить высоту и добить противника – это задача как раз для спецназа ВДВ. Задача понятна, но в ней много составляющих. Во-первых, он должен десантироваться в определенную точку после артподготовки.

При этом, согласно материалам Академии военных наук, после массированного обстрела противнику нужно всего 40 секунд, чтобы «прийти в себя» и возобновить боевые действия. Именно эти 40 секунд и являются критическими важными при проведении такой операции.

При применении парашюта «Штурм» после отделения от вертолета до приземления проходит буквально 10–15 секунд, еще несколько секунд десантник тратит на то, чтобы освободиться от парашюта.

«Люди, которые прыгают на эту задачу, берут с собой только легкое стрелковое оружие, боеприпасы и гранаты ближнего боя. С таким вооружением они в состоянии вести бой 15–20 минут. Потом либо нужно искать боеприпасы там, либо что-то делать другое. Поэтому их главное оружие – это внезапность. Если внезапность потеряна, считайте, группа уничтожена. Именно поэтому главное в такой операции – это спрятать вертолет, откуда будут десантироваться люди», – пояснил Владимир Нестеров.


По его словам, конкурировать с вертолетом по эффективности не может ни БМД, ни БМП, ни квадроциклы, ни даже скоростные багги – все это медленно «ползет» по пересеченной местности. Однако как замаскировать вертолет с десантом под боевой, чтобы никто не мог подумать, что с него собираются проводить десантирование? Для этой цели лучше всего подходит транспортно-боевые вертолеты Ми-8МТ, Ми-8МТШ.

У таких вертолетов на внешней подвеске висят четыре блока реактивных снарядов количеством до 120 калибром 50–80 мм и два контейнера с пушками ГШ-23 общим боекомплектом порядка 500 снарядов.

«Одна из задач вертолета – атака наземных целей. На высоте 70–100 метров и дальности порядка 2 км он начинает обстреливать позиции противника реактивными снарядами и ведет непрерывный огонь секунд 40. На расстоянии 1000 метров он начинает обстреливать врага из пушки. За это время он подходит к цели. Продолжая имитацию атаки, вертолет прямо над позицией десантирует штурмовую группу и уходит», – рассказал Владимир Нестеров, добавив, что это может быть и не отдельный вертолет, а сразу несколько выстроенных в порядок, поддерживаемый боевыми Ми-24.

Парашютист-испытатель напомнил, что нормальная высота десантирования парашюта Д-6 и Д-10 при стабилизации три секунды составляет 200 метров. Поэтому, если вертолет «выпрыгивает» на эту высоту для высадки десанта, то фактор внезапности теряется.

По этой же причине не подходят и другие способы доставки. Ни посадочный способ, ни штурмовой способ при полете низко над землей, ни десантирование на веревках – ничто не является безопасным для вертолета. Везде он становится хорошей мишенью для противника на земле.


Именно поэтому безранцевый парашют «Штурм» является уникальным, позволяя внезапно для противника с высоты 70 метров высадить десант из, казалось бы, боевого вертолета на скорости 140–260 км/ч.

Стоит добавить, что интерес к этому парашюту проявило командование ОДКБ. В 2015 году на учениях под Душанбе проходили маневры, на которых в ущелье с условными боевиками сбрасывали манекен на парашютной системе «Штурм». Операция произвела тогда впечатление на командование.

Позднее Коллективные силы оперативного реагирования под Псковом проводили учения с десантированием на парашюте «Штурм». Он и там получил положительные отзывы, а военные атташе, одним из которых был атташе Сербии, выразили заинтересованность. Сегодня испытания безранцевой парашютной системы в НИИ парашютостроения продолжаются.

fishki.net

День ВДВ прошел, но расскажу ка я свою историю о десантниках. Это мой первый пост, да и к тому же чукча не очень то писатель, так что прошу сильно не пинать 🙂 Дальше будет много текста. И да, запятые — по вкусу! 🙂


Итак, зима 87 года, я служу в 10 СКА ЗакВО, сборная команда округа по альпинизму (под руководством Л.А.Саркисова). В одну прекрасную ночь, нас поднимают по тревоге, говорят забирайте всякие ваши там альпинистские причиндалы и на погрузку, вы нужны. Куда и для чего нужны — в армии объяснять не принято. В принципе, для нас ничего необычного, альпинисты по своей специфике всегда активно привлекались как спасатели. Это там если бы каких нибудь гимнастов или футболистов подняли ночью по тревоге Родину спасать — они бы офигели. А для альпинистов это нормально. (тут должен быть машущий смайлик коллегам по СКА) Так что мы спокойненько собрались, получили со склада хавчик, покидали снарягу в грузовик, оделись потеплее и поехали в неизвестность.

Прибыли мы в афганскую учебку. И тут то выяснилось что нас там не на спасработы собрали, а на обучение офицерского состава как правильно по горам шастать, чтобы ничего себе не свернуть и никуда не усвистеть. Как нам скупо пояснили — в Афгане произошло ЧП, мол побился народ на обледеневших склонах, по этому мудрое высокое начальство приняло решение по быстрому выдернуть командиров подразделений и за пару недель их обучить. Ну чтобы больше такой фигни не было. За пару недель, ага 🙂

Нас выбрали просто потому, что мы на тот момент были чемпионами СССР и Вооруженных сил по альпинизму. Начальство спросило — кто там у нас лучшие? Эти? Быстро их сюда! Вот так мы в роли инструкторов горной подготовки и оказались.


Нас всех раскидали по группам офицеров в 12-15 человек, у меня были мотострелки, войсковая разведка и три человека из спецназа ВДВ, в званиях от лейтенанта до майора. Сам учебный процесс малоинтересен, разумеется у нас никаких готовых учебных планов не было, сочинили за вечер на коленке, утвердили у большезвездного начальства и приступили. Учили ходить по склонам, делать страховку, лазать по скалам, как не подрезать лавинный склон, ну и все такое прочее, примерно как в альплагере подготовка на 3 разряд но с некоторой корректировкой на военную специфику. По вечерам к нам приходили лейтенанты и мы вместе прорабатывали всякие боевые ситуации — например как бесшумно пройти по сыпухе, как бесшумно подниматься по скалам и все в таком же духе. Нам тоже было интересно, у нас то таких проблем нет, надо забить крюк — так забиваем. А в окружении врагов такой фокус не пройдет, ночью в горах звук может и на десять километров распространится.

Всем остальным офицерам в звании старше старлея эти проблемы были абсолютно пофиг. Один майор так и заявил, что если бы знал что тут будет такая фигня, то отправил бы своего зама. А так пришлось ему пузом чуток потрясти, отлынивать от занятий там не получалось, постоянно приезжал кто-то из генералов и крутился рядом, наблюдая за процессом.

В общем учебные дни пролетели быстро, и на последний день командование решило устроить  нам зачетный марш-бросок по горам. Назначили старт от лагеря, контрольную точку в 20 км, полная выкладка, все дела, прикинули что должны выйти туда за 8-9 часов хода примерно к 17-18 часам (20км в горах сильно отличаются от 20км по равнине хотя бы тем, что набирая один километр по высоте вы имеете расход калорий примерно равный 50км по равнине) . А там нас должен был ждать автобат и отвезти обратно.


Утром построились, группы должны были выходить с 20 минутным интервалом, каждая в сопровождении своего инструктора. Но тут десантники из первой группы, они все собрались в одну группу 29 человек, заявили что им нафиг инструктор не нужен. Мол мы еще в училище могли бежать по 4 часа без остановки, зачем нам этот ваш хилый инструктор? И учесали на перевал первыми. Мои из спецназа ВДВ остались. Они вообще держались несколько обособленно от основной массы десантуры и даже выглядели по другому — там здоровые лбы, а эти худенькие и даже немного щуплые на вид. Говорили что у них другая задача, глубинная разведка, мол нам там не стрелять и, тем более, драться надо, а быть предельно незаметными и скрытными. В общем с остальными десантниками они не пошли.

Ну мы пожали плечами, хотя идти без инструктора — пусть идут, и выдвинулись. По колено в снегу вскарабкались на перевал, а там сухо и солнечно, весь снег ветром сдуло. Какой-то глазастый лейтенант углядел на другом перевале триангуляционную вышку и радостно завопил «Нам туда!» Вот тут был неприятный момент — часть народу радостно ломанулась на спуск в долину, тем более что туда по снегу вели следы.
я прикинул, что раз на перевале снега нет, то где он весь? Пральна — в долине! И ну его нафиг туда спускаться и потом подниматься (хорошие альпинисты все жутко ленивые), лучше пойти влево по сухому гребню на солнышке (а таки зима и -20 мороза, но за солнышке даже жарко, юг, можно даже загорать при желании, если часто поворачиваться, иначе тот бок, который в тени, подмерзает). Понятно что гребень изгибается огибая долину полукольцом и идти придется дольше, зато не по снегу и в тепле.

Чтобы убедить некоторых товарищей офицеров идти по гребню,  пришлось орать и громко матерится. Советский офицер, как известно владеет только тремя языками — русским, командным и матерным, в экстремальных ситуациях эффективно доходит только последний. И пока его не обложишь, слушать тебя не будет. Особенно буйствовал один пехотный капитан, да ты что, да вот же следы, идти надо туда, вон же вышка, нахуй ты нас ведешь в другую сторону, да что за дебил! Ну и все в том же духе. Поорали мы друг на друга, я обложил его еще раз, развернулся и повел группу по выбранному мной маршруту по гребню. Капитан уныло помялся на следах, чота там еще побурчал и тихо матерясь пошел следом, все таки одному то оставаться в горах было ссыкотно 🙂

И вот так вот бодро шагая, мы через час нагнали группу, которую вел наш тренер. Мои офицерики повеселели, они все еще сомневались, что мы выбрали правильный путь, но тут уже совсем успокоились и дальше мы шли двумя группами вместе.
гребню идти было вообще легко, снега почти нет, относительно сложных участков с узкими местами или открытым льдом было всего то 2-3, там мы натягивали перила, все таки мы за людей отвечали, и если бы кто-то засмотрелся на горные красоты и сковырнулся вниз, то было бы неприятно. Часам к двум организованной толпой все вышли на перевал и начали спускаться вниз и тут сзади далеко стрельба! Оказалось это начальство решило устроить для нас на перевале засаду, да только они не расчитывали что мы в два уже там будем и начнем спускаться, нас ждали не раньше пяти. В итоге постреляли в воздух, наши помахали им ручками и смеясь потопали дальше на контрольную точку.

Автобата, естественно, тоже не было, но что было интересно — не было и десантников. В общем-то это никого особенно не удивило, они лоси здоровые, стартовали первыми, наверно давным давно сюда пришли и уехали на попутке. Так что мы сидели, грели на костре тушенку, травили байки и ждали автобат.

На нашу учебную базу вернулись уже затемно. Раскидали шмотки сушится, сами валяемся на койках, отдыхаем и ждем ужина. Лениво обсуждаем день, тут заходит тренер с озабоченным выражением лица и спрашивает:

— «Ребята, вы очень устали?»

Мы:

— «Нет, нет, что вы! Как огурчики! А что?»

— «Собирайтесь! Десантники не вернулись.» О_О

Да твою ж мать! Тащится на морозе, в темноте лазать по горам — та еще перспектива! Ну что делать, стали собираться, фонари искать, готовить веревки, аптечки, все дела, но пока собирались — десантники приехали.


Оказалось что у них тоже нашелся не в меру глазастый лейтенант, который углядел триангуляционную вышку. Да вот только инструктора, который бы подсказал, что не стоит соваться в долину, у них не было. Они лихо выбежали на перевал, углядели направление и так же лихо ломанулись вниз. Это как раз их следы пытались совратить с пути истинного моего капитана.

А вот дальше начался настоящий подвиг силы и упорства — внизу оказалось несколько метров снега (сюрприз-сюрприз!). И бравые десантники все 20 километров до следующего перевала поочередно пробивали в снегу траншею в человеческий рост. Двадцать километров! Ну ладно, мож меньше, если склоны вычесть, но все равно дофига!

Но это еще не все — прорыв траншею они обнаружили, что с той стороны долины склон невпупенно крутой. Несколько раз пробовали забраться и скатывались вниз. А инструктора то, с бухтой веревки, нет 😉 В итоге они встали друг другу на плечи, верхний дотянулся до елки на склоне, хватались за спущенные верхними  ремни и автоматы и так, карабкаясь другу по другу и хватаясь за редкие елки, они все таки выбрались наверх.

Наутро вся пехота и войсковая разведка просто ликовала. Все те, кого я матюгами гнал идти по гребню, а не по следам десантников, теперь лыбились до ушей и отпускали шуточки в стиле «Сила есть — ума не надо». Десантники ходили несколько смущенными, но на подколки не реагировали, а после обеда даже показательные выступления устроили — захват машины, рукопашный бой, в общем на них вчерашнее приключение никак не отразилось, даже и не устали.


В общем, с тех пор я десантников очень уважаю. За силу 😉

P.S. Спецназ этой самой глубинной разведки совсем другой. Они не шумят и бутылки о башку не разбивают, хотя тоже десантники. И инструкторов горной подготовки слушают внимательно и уважительно 🙂

P.P.S. Мы все были рядовыми, но приехали то в спортивной форме, и наши офицеры не знали, что их матюгами гоняют обычные солдаты 🙂 Но когда нам в последний день вручали всякие грамоты от командования — рядовому такому-то, младшему сержанту такому-то — видели бы вы их рожи в этот момент! Каждый был готов нас порвать на кусочки, только генерал мешал 😉 Правда потом, вечером, в нам в комнату пошло паломничество, каждый командир пытался сманить себе в часть по инструктору, хехе.

pikabu.ru

Самолеты для перевозки и десантирования

С каких самолетов прыгают десантники? Армия России на данный момент использует несколько самолётов для десантирования войск. Основной из них ИЛ-76, но используются и другие, летные машины:

  • АН-12;
  • МИ-6;
  • МИ-8.

ИЛ-76 остается предпочтительным, поскольку наиболее удобно оборудован для десантирования, обладает вместительным багажными отделением и хорошо сохраняет давление даже на больших высотах, если десанту нужно прыгнуть там. Его корпус герметичный, но на случай аварийных ситуаций отсек для десантников оборудован индивидуальными кислородными масками. Таким образом каждый парашютист не будет испытывать недостаток кислорода во время полета.

Самолет ИЛ-76

Самолет развивает скорости, примерно 300 км в час, а это оптимальный показатель для десантирования в военных условиях.

Высота прыжка

С какой высоты обычно прыгают с парашютом десантники? Высотность прыжка зависит от вида парашюта и самолета, который используется для десантирования. Рекомендуемая оптимальная высота десантирования – 800-1000 метров над землей. Этот показатель удобен в условиях боевых действий, поскольку на такой высоте самолет меньше подвергается обстрелу. При этом воздух не слишком разреженный, чтобы десантник высаживался.

С какой высоты обычно прыгают десантники в случае не учебных действий? Раскрытие парашюта Д-5 или Д-6 при высадке с ИЛ-76 происходит на высоте 600 метров. Обычное расстояние, необходимое для полного раскрытия – 200 метров. То есть, если высадка начинается с высоты 1200, то раскрытие произойдет на отметке 1000. Максимум, допустимый при высадке – 2000 метров.

Высадка десанта

Более передовые модели парашютов позволяет начать высадку и с отметки в несколько тысяч метров. Так, современная модель Д-10 позволяет высаживаться на максимальной высоте не более 4000 м над землей. При этом минимально допустимый уровень для раскрытия – 200. Рекомендуется начинать раскрытие раньше, чтобы снизить вероятность травм и жесткой посадки.

Виды парашютов

С 1990-ых годов в России используются два основных типа десантных парашютов: Д-5 и Д-6. Первый является самым простым, не позволяет регулировать место высадки. Сколько строп у парашюта десантника? Зависит от модели. Строп в Д-5 28, концы закрепленные, из-за чего и нельзя регулировать направление полета. Длина строп – 9 метров. Вес одного комплекта – около 15 кг.

Более усовершенствованная модель Д-5 – это парашют десантника Д-6. В нем концы строп можно освобождать и перетягивать нити, регулируя направление полета. Чтобы повернуть налево, нужно натянуть стропы слева, для маневра на правую сторону – потянуть за нить справа. Площадь парашютного купола такая же, как и у Д-5 (83 квадратных метра). Вес у комплекта сниженный – всего 11 килограмм, он наиболее удобен для еще обучающихся, но уже тренированных десантников. За время обучения совершается около 5 прыжков (при экспресс-курсах), Д-6 рекомендуется выдавать после первого-второго. Стропил в комплекте 30, из них четыре позволяют управлять парашютом.

Парашют модели Д-6

Для совсем новичков разработаны комплекты Д-10, это обновленная версия, которая лишь недавно поступившая в распоряжение армии.  Стропил здесь больше: 26 основных и 24 дополнительных. Из 26 стоп 4 позволяют управлять системой, их длина – 7 метров, а оставшихся 22 – 4 метра. Получается, что всего 22 внешние дополнительные стропы и 24 внутренние дополнительные. Такое количество шнуров (все они изготовлены из капрона) позволяют максимально управлять полетом, корректировать курс при высадке.  Площадь купола у Д-10 – целых 100 квадратных метров. При этом купол изготовлен в форме патиссона, удобной зеленой расцветки без рисунка, чтобы после приземления десантника его тяжелее было обнаружить.

Правила высадки из самолета

Десантники высаживаются из салона в определенном порядке. В ИЛ-76 это происходит в несколько потоков. Для высадки существуют две боковых двери и рампа. При учебных действиях предпочитают пользоваться исключительно боковыми дверьми. Высадка может осуществляться:

  • в один поток из двух дверей (при минимуме личного состава);
  • в два потока из двух дверей (при среднем количестве десантников);
  • в три или четыре поток из двух дверей (при масштабных учебных действиях);
  • в два потока и с рампы, и с дверей (при боевых действиях).

Десант в воздухе

Распределение на потоки делается для того, чтобы прыгающие не столкнулись друг с другом при приземлении и не могли зацепиться. Между потоками делается небольшая задержка, обычно несколько десятков секунд.

Механизм полета и раскрытия парашюта

После высадки десантник должен высчитать 5 секунд. Нельзя считать стандартным методом: «1, 2, 3…». Получится слишком быстро, реальные 5 секунд еще не пройдут. Лучше отсчитывать так: «121, 122…». Сейчас наиболее часто используют счет начиная с 500: «501, 502, 503…».

Сразу после прыжка автоматически раскрывается стабилизирующий парашют (стадии его раскрытия можно увидеть на видео). Это небольшой купол, который не позволяет десантнику начать «кружиться» во время падения. Стабилизация предотвращает перевороты в воздухе, при которых человек начинает лететь вверх ногами (такая позиция не позволяет раскрыть парашют).

Стабилизирующий парашют и раскрытие основного

Через пять секунд стабилизация полностью выводится, и в действие нужно привести основной купол. Делается это либо при помощи кольца, либо автоматически. Хороший десантник должен уметь сам регулировать раскрытие парашюта, поэтому тренированным обучающимся дают комплекты с кольцом. После задействования кольца основной купол полностью раскрывается за 200 метров падения. В обязанности тренированного парашютиста десантника входит и маскировка после приземления.

Правила безопасности: как оградить десант от травм

Парашюты требуют особого отношения, ухода, чтобы прыжки с их использованием происходили максимально безопасно. Сразу после использования парашют нужно правильно сложить, иначе срок его эксплуатации резко сократиться. Неправильно сложенный парашют может не сработать при высадке, что приведет к летальному исходу.

Укладка парашютов

Нужно выполнить следующие рекомендации:

  • перед высадкой проверить стабилизационный парашют;
  • провести проверку другой оснастки;
  • вспомнить все правила высадки, успокоиться путем использования кислородной маски;
  • не забыть про правило пяти секунд;
  • обеспечить равномерную высадку десанта в несколько потоков, чтобы снизить риск столкновений.

Обязательно нужно учитывать вес прыгающего. Все модели парашютов выдерживают не более 150 кг. При этом при прыжках с весом до 140 их можно использовать 80 раз, а вот если нагрузка составляет 150, то только 10, после чего парашют идет в утиль. Вес нужно рассчитывать из суммы самого десантника и веса комплекта. Новый Д-10 весит 15 кг, как и Д-5, а вот Д-6 – 11 кг.

prizivaut.ru

Из самолета Ан-2 разрешается совершать прыжки со всеми типами десантных и спортивных парашютов как с ручным, так и с принудительным способами раскрытия на скоростях полета от 140 до 200 км/час со стабилизацией падения 3 секунды и более. Контровка колец перьев стабилизатора с кольцами камеры стабилизирующей системы производится шнуром ШХБ-20 в два сложения.

К десантному оборудованию самолета Ан-2 относятся: сиденья для десяти парашютистов, расположенные по бортам грузовой кабины; два троса с удлинителями для зацепления карабинов камер стабилизирующих систем парашютов; световая и звуковая сигнализация.

Посадка парашютистов в самолет производится в порядке, обратном очередности его покидания. При размещении в грузовой кабине в первую очередь занимаются места с правой стороны фюзеляжа, начиная от кабины экипажа (рис. 8.6).

Для подготовки и совершения прыжка десантникам корабельной группы подаются сигналы:

— «Приготовиться» – коротким сигналом сирены и включением плафона желтого цвета (может дублироваться показом белого флажка или фонаря в ночных условиях);

— «Пошел» – непрерывным гудком сирены продолжительностью звучания на длину серии десантирования и включением плафона зеленого цвета;

— «Отставить» – прерывистым звуком сирены или прекращением ее звучания, а также включением плафона красного цвета (дублируется показом красного флажка или ночью – фонаря).

После взлета самолета на высоте 200 м командир экипажа подает выпуска-ющему команду «Зацепить карабины». Выпускающий лично зацепляет каждому десантнику карабин камеры стабилизирующей системы за кольцо удлинителя и заправляет слабину удлинителя под резиновую соту, при этом сидящий рядом парашютист должен проконтролировать факт зацепления карабина. Выпускающему карабин зацепляет бортмеханик под контролем десантника, совершающего прыжок первым. Карабины зацепляются за кольца удлинителей так, чтобы предохранитель защелки карабина был обращен в сторону левого борта.

Бортовой механик перед выпуском парашютистов должен убедиться в том, что карабины всех парашютов зацеплены за удлинители, обращая особое внимание на карабин парашюта выпускающего, и доложить об этом командиру экипажа самолета, после чего с надетым парашютом занять место у двери.

По команде «Приготовиться» парашютисты-десантники, сидящие по левому борту самолета, встают, опускают свои сиденья, подходят ближе к двери и принимают положение полной готовности к совершению прыжка.

УСЛОВНЫЕ ОБОЗНАЧЕНИЯ Место выпускающего: при посадке корабельной группы в самолет; в грузовой кабине; при десантировании; очередность совершения прыжка с парашютом.    

С какого самолета прыгают десантники

С какого самолета прыгают десантники

С какого самолета прыгают десантники

Десантники, сидящие по правому борту, изготавливаются к прыжку, не поднимаясь со своих сидений. Бортмеханик приоткрывает дверь, а выпускающий становится около двери рядом с бортмехаником и внимательно следит за изготовкой десантников к совершению прыжка.

С какого самолета прыгают десантники С какого самолета прыгают десантники

По команде «Пошел» бортмеха-ник полностью открывает дверь, и па-рашютисты по команде выпускающего поочередно с интервалом 3 — 4 секунды покидают самолет. Десантники право-го борта поднимаются со своих сиде-ний, когда последний парашютист ле-вого борта находится у двери в готовности к отделению от самолета.

Для правильного отделения от самолета Ан-2 необходимо левую ногу поставить серединой ступни в левый нижний угол двери (рис.8.7) и, слегка пригнувшись, энергично оттолкнуться от порожка двери перпендикулярно продольной оси самолета, сохраняя положение вниз ногами (рис.8.8).

Рис. 8.8. Отделение десантника от самолета Ан-2

С какого самолета прыгают десантники

studopedia.org


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Adblock
detector